Ramblers Top100
Культура:
Все - на "Экипаж"
Политика:
Навстречу выборам
Сирия:
Фугасы от ИГ
Происшествия:
Массовое убийство в Сызрани
Украина:
Радикалы, наизготовку!

Вести недели Российские Федеральные Новости
Последний выпускАрхив


Выпуск от 16.02.2014





видеорепортаж

фоторепортаж


Остальные сообщения выпуска

Босния и Герцеговина: ассоциация с ЕС превратилась в колонизацию
Михаил Антонов





Каждый день после школы Джейла приходит к какому-нибудь большому магазину с мешком макраме. Ей только 10 лет, но она уже делит с родителями бремя зарабатывания денег
Каждый день после школы Джейла приходит к какому-нибудь большому магазину с мешком макраме. Ей только 10 лет, но она уже делит с родителями бремя зарабатывания денег

"Во время войны было лучше. Я знал: или погибну, или буду жить. А сейчас меня снова медленно убивают: не дают нормальной пенсии, пособий, не дают, чтобы я работал", - сказал Неджад
"Во время войны было лучше. Я знал: или погибну, или буду жить. А сейчас меня снова медленно убивают: не дают нормальной пенсии, пособий, не дают, чтобы я работал", - сказал Неджад

В Югославии у людей была работа. Сейчас ее нет у 46% трудоспособного населения, которое сегодня ругается словами "инвестор" и "приватизация". Поэтому когда в Тузле - втором городе Боснии и Герцеговины - были закрыты пять частных предприятий
В Югославии у людей была работа. Сейчас ее нет у 46% трудоспособного населения, которое сегодня ругается словами "инвестор" и "приватизация". Поэтому когда в Тузле - втором городе Боснии и Герцеговины - были закрыты пять частных предприятий

Следствие - это погромы. Чтобы понять причину, надо вспомнить войну, которая стала механизмом перераспределения власти и собственности. В 1992 году, после распада Югославии, православных сербов попытались выгнать с этой земли католики и мусульмане
Следствие - это погромы. Чтобы понять причину, надо вспомнить войну, которая стала механизмом перераспределения власти и собственности. В 1992 году, после распада Югославии, православных сербов попытались выгнать с этой земли католики и мусульмане

Во времена Югославии в Боснии строили даже локомотивы. Теперь экспортировать нечего. Полумертвые государственные предприятия выкупают по дешевке с единственной целью - обанкротить. Это самый выгодный бизнес
Во времена Югославии в Боснии строили даже локомотивы. Теперь экспортировать нечего. Полумертвые государственные предприятия выкупают по дешевке с единственной целью - обанкротить. Это самый выгодный бизнес

Тотальное сращивание бизнеса с властью до последнего времени не смущало европейских кураторов Боснии и Герцеговины, которые в случае новых беспорядков даже пообещали ввести сюда собственные полицейские силы. Такая вот ассоциация с Евросоюзом, которая
Тотальное сращивание бизнеса с властью до последнего времени не смущало европейских кураторов Боснии и Герцеговины, которые в случае новых беспорядков даже пообещали ввести сюда собственные полицейские силы. Такая вот ассоциация с Евросоюзом, которая



Жители Боснии и Герцеговины - новой страны, созданной из осколка Югославии, - относятся к брошенным и забытым Евросоюзом. Правительство Сараево еще в 2008-м подписало с ЕС Соглашение об ассоциации и зоне свободной торговли. С тех пор промышленность лишь деградировала. Безработица теперь зашкаливает. Как и на Украине, в Боснии и Герцеговине тоже есть партия "Удар". Только цели - обратные. В Евросоюз уже не хотят.

Каждый день после школы Джейла приходит к какому-нибудь большому магазину с мешком макраме. Ей только 10 лет, но она уже делит с родителями бремя зарабатывания денег.

"Добрый день, я хочу вам предложить вещь ручной работы, которую сделал моя мама. Три марки. Есть разных цветов", - говорит прохожим девочка.

Три марки - это полтора евро. Но здесь все дорого. И если бы не салфетки, они бы реально голодали. Официальный доход этой семьи боснийских мусульман, в которой трое детей, - 75 евро: пособие на одного ребенка плюс пенсия отца. Неджад Доло - инвалид войны.

"Я уже не помню, когда ходил в магазин, чтобы купить жене и девочкам майку или кроссовки. Электричество мы получаем от соседей. Им жалко моих детей, и я, чтобы не быть должным, помогаю им по хозяйству. Во время войны было лучше. Я знал: или погибну, или буду жить. А сейчас меня снова медленно убивают: не дают нормальной пенсии, пособий, не дают, чтобы я работал", - сказал Неджад.

В Югославии у людей была работа. Сейчас ее нет у 46% трудоспособного населения, которое сегодня ругается словами "инвестор" и "приватизация". Поэтому когда в Тузле - втором городе Боснии и Герцеговины - были закрыты пять частных предприятий, тут же загорелось по всей стране.

"Главная проблема - неспособность политиков руководить государством, огромная коррупция и лицемерие власти. На первый план сейчас ставят не причину, а следствие", - отметил безработный Энес Софтич.

Следствие - это погромы. Чтобы понять причину, надо вспомнить войну, которая стала механизмом перераспределения власти и собственности. В 1992 году, после распада Югославии, православных сербов попытались выгнать с этой земли католики и мусульмане. Сначала были баррикады и снайперы на крышах высоток, а потом дошло до окопов и артиллерии - сербская армия три с половиной года вела осаду Сараево, которая завершилась в ноябре 1995 года Дейтонским соглашением.

Часть бывшей Югославии была разделена между воюющими сторонами: половина - Республика Сербская, половина - Федерация Боснии и Герцеговины. Вчерашние командиры стали политиками, обросли аппаратом из родственников и друзей и принялись делить дальше, но уже иностранные транши на восстановление экономики.

Огромный пустырь на окраине Сараево, где до войны была промзона, - свидетельство того, что в экономику эти деньги не попали. Без пяти минут безработный Сенад Смаич прогуливается у помойки, в которую превращается территория "Ферэлектро" - одной из крупнейших экспортных компаний бывшей Югославии, за копейки приватизированной 10 лет назад.

"Когда фирму купили, в ней работали 167 человек. У покупателя было обязательство трудоустроить еще 250 человек, но через 10 лет нас осталось всего пятьдесят. Мы не хотим уходить из компании, несмотря на давление со стороны владельца, который отключил в офисе телефоны, компьютеры и 19 месяцев не платит зарплату", - рассказал Смаич.

Во времена Югославии в Боснии строили даже локомотивы. Теперь экспортировать нечего. Полумертвые государственные предприятия выкупают по дешевке с единственной целью - обанкротить. Это самый выгодный бизнес.

Когда-то на одном из уничтоженных теперь заводов производили электрические провода. Директор предприятия взял кредит в банке, приватизировал его и уничтожил. Землю перепродал немецкой торговой сети Bauhaus. Через какое-то время здесь построят магазин, в котором будут продавать электропровода, сделанные в Германии.

За последние 20 лет в Сараево не появилось ни одного серьезного производства. Если что-то новое, то магазин, банк или гостиница.

Отель рядом с живописными развалинами принадлежит Фахрутдину Радончичу - лидеру Социал-демократической партии и шефу Службы государственной безопасности. Деловой центр строит представитель боснийских мусульман в президиуме Федерации Бакир Изетбегович. Тотальное сращивание бизнеса с властью до последнего времени не смущало европейских кураторов Боснии и Герцеговины, которые в случае новых беспорядков даже пообещали ввести сюда собственные полицейские силы. Такая вот ассоциация с Евросоюзом, которая, впрочем, имеет основной признак неоколонизации: поддержка коррумпированного политического класса в обмен на самые жирные куски.

"Евросоюзу не нужна конкуренция с нашей стороны. Совершенно очевидно, что есть попытки со стороны владельцев капитала из Западной Европы получить контроль над стратегическими ресурсами", - уверена Лейла Чаушевич-Сучинска, руководитель международного отдела Центрального профсоюза Боснии и Герцеговины.

Из кабинета Лейлы видна выгоревшая администрация кантона Сараево. В соседнем с ним здании президиума Федерации, которое пострадало значительно меньше, сгорел Центральный архив. Там было все: и исторические документы, и декреты нынешней власти. Директор архива забежал на рабочее место сразу после пожара, сделал несколько снимков, а теперь внутрь не пускают из-за угрозы обрушения.

"Здесь находится очень важный фонд президента Федерации и вице-президента Боснии и Герцеговины. Я не могу сказать, что случилось с этими документами", - заявил директор Федерального архива Боснии и Герцеговины Адамир Еркович.

Если так, то люди во власти, которые обещают народу внеочередные выборы через два месяца, возможно, не смогут выполнить еще одно ключевое требование низов и расследовать обстоятельства приватизации. Для тех, кто в этом не заинтересован, архив сгорел очень удачно.













  








В ЭТОЙ ТЕМЕ
  • "Биохимия предательства": что такое технология измены?
  • Французская жизнь Чиркунова: уединение вместо тусовки
  • Путин пожелал министру обороны Египта успехов на президентских выборах
  • Палубная авиация "Адмирала Кузнецова" оттачивает мастерство
  • Российскую науку омолодят
  • Выставка "Православная Русь. Романовы" покажет интересную историю
  • Босния и Герцеговина: ассоциация с ЕС превратилась в колонизацию
  • Европейские ценности: трагедия жирафа Мариуса
  • Смотрите полную версию выпуска
     






  • РТР-Вести.Ru




    В ЭТОМ ВЫПУСКЕ
  • Разгар Олимпиады

  • Украина: цена кризиса

  • Мошенничество с антиквариатом

  • Остальные сообщения выпуска

     












  • Rambler's Top100

    © Государственный интернет-канал "Россия" 2001, 2019. Cвидетельство о регистрации СМИ ЭЛ ╧77-4929 от 4 декабря 2001 года.
    Все права на любые материалы, опубликованные на сайте, защищены в соответствии с российским и международным законодательством об авторском праве и смежных правах. Любое использование текстовых, фото, аудио и видеоматериалов возможно только с согласия правообладателя (ВГТРК). Для детей старше 16 лет. Адрес электронной почты редакции: info@vesti7.ru. Реклама на сайте: ad@vesti7.ru. Создание и поддержка: Дирекция интернет-вещания ВГТРК, 2001-2019.